Посиделки у Роси

На фоне других отелей, Isrotel Ganim оказался внешне весьма скромным зданием, без изысков и балконов. Обитатели отеля так и прозвали его «наша больничка».
Правда, все окна, величиной от потолка до пола, смотрели на Мёртвое море. Приезжих было мало – не сезон. Это радовало. Хотя к полудню прибрежные отмели Мёртвого моря, обсыпались страждущими вылечить всё и сразу. Сверху из окна эта картинка напоминала блюдце с мёдом, в котором завязла россыпь мух.

После долгого пути, хотелось поскорее принять душ и поужинать.
Принимающие администраторы милы и предупредительны, но по-русски, увы, только по делу, а чаще без дела повторяли мягко с растяжкой, будто видели перед собой маленьких детей и делали им «козу-козу»: «Шало-о-о-ом! Как диля-а-а? Добрий вече-е-е-ер! Пажальста-а-а-а!»
Когда «козы» недоставало для разрешения насущного вопроса, срочно нажимали кнопку - появлялся наш бывший соотечественник и языковый барьер мгновенно рушился.

В огромном фойе стоял не навязчивый аромат со сладковатым привкусом.
Анну весь отдых не покидало любопытство, сколько же надо прыскать этого аромата, чтобы насытить такое огромное пространство, причём поддерживая постоянный уровень запаха?

Девушка в чёрной униформе, напоминающей скорее военную форму, чем деловую одежду отельного клерка, поднесла крохотные «напёрсточки» с лимонной водой.
Вероятно, для освежения пересохшего рта, но никак не для пополнения, иссушённого дорогой, организма.
Ммм.да…В Египте и Эмиратах угощали огромными бокалами умопомрачительно вкусного сока, от которого измождённые дорогой гости облегчённо вздыхали и таяли.
Дефицит воды, однако, в этих жарких странах сказывался по-разному. В Египте и Эмиратах встречающий фреш, но в номере изредка появлялась одна, две трёхсотграммовые бутылочки воды. Здесь же сообщили, что в кранах питьевая вода, только нужно кипятить.

Приятно удивило, что паспорта не забрали, как в Египте и в Эмиратах. Не было и цветного пластмассового браслета на руке, чтобы сразу «видеть», с КЕМ имеют дело работники отеля.
Что-то в этих браслетах было унизительное, будто клеймо на ухе у баранов.
Вероятно, браслеты предназначались для персонала из-за языкового барьера. Но Египетская «браслетная реальность» чётко отражалась на лицах обслуги. Почему-то «браслетили» только русских.
Анне с мужем в Египте повезло – они жили в приличном отеле, где не было разделений на пластиковые цвета, как, в прочем, и не было русских.
Хотя по каким-то весьма уловимым признакам русских отличали всегда и везде.
В Израиле Анна безошибочно узнавала русских евреев. Так что вероятно, причина не в национальности, а в общности иного порядка.

Номер оказался светлым и чистым. Белый цвет создавал ещё большее впечатление чистоты и света. Столешницы столов и тумбочек предусмотрительно были закрыты толстым калёным стеклом от непреодолимого желания гостей увековечить свою персону «Здесь был Вася…»
Ничего не отваливалось, вовремя менялось и добавлялось, хотя периодически смуглые руки пытались прихватить то, что, по их мнению, было излишеством. Например, второй бокал или нож.
Обслуга в номерах ни бельмеса не понимала по-русски и представляла собой выходцев с далёкого Востока. Кивала согласно головами, но дальше этого дело не шло.

На столе ваза с фруктами – комплимент от Отеля. Приятный сюрприз, однако.
Но зубы пришлось чистить пальцем и без пасты. Мочалку тоже заменил платок.

Отель и улица напоминала общину «Белого братства». Парами или мелкими кучками перемещались по единственной улице отдыхающие в белых махровых халатах. Когда на горизонте появлялась процессия побольше, казалось, что приближается религиозное шествие. Не хватало только капюшонов. Курортная зона – разрешено. С этой точки зрения маленький чемодан был вполне оправдан. Разнообразие нарядов не предусматривалось.

Россиян было на удивление мало. В основном публика представляла собой пожилых приезжих евреев и местных с палочками, приезжающих на выходные дни подлечиться.

В пятницу с утра нагрянула жужжащая толпа корпоративщиков и семейных пар с детьми.
Анна удручённо шепнула мужу, что покой кончился и будет маленький филиал конца света. Но, как ни странно, суматоха была недолгой. Вечером через дорогу гремело веселье в соседнем открытом ресторанчике, но часам к двум шебуршение, стуки и смех затихли.

Анну мучило любопытство: что за пластиковый толстый маркер с письменами приклеен к косяку каждого номера?
- Наверно записки писать гостям, когда их дома нет…
- Хи-хи! Какие записки, дорогая? – Отпарировал муж. – На каком языке? И на дверях что ли граффити изображать?

Пытливый ум русского человека так и тянул руки сковырнуть эту «сигару». Но она оказалась накрепко приклеена к косяку.

Позже на экскурсии гид разрешил этот вопрос:
- Видели палочки на дверях в отеле?
- Видели, видели, - вопросительно загомонили экскурсанты…
- А барабашек знаете?
- Знаем, знаем!!! - почему-то радостно воскликнул хор…
- Так, вот, ТОЛЬКО у евреев, вы можете спать спокойно! Никаких барабашек, духов и нечистой силы в НАШИХ домах и номерах не появится!!! «Мезуза» - так, оказывается, назывался этот «маркер» на дверном косяке – перехватит эту нечисть.

Анна обиженно хмыкнула себе под нос:
- ТОЛЬКО… ишь! Да, у каждого народа есть свои обереги и не только домов!

Уж, в этом деле Аннушка разбиралась. Пол жизни посвятила изучению древних славянских традиций. И сама умела делать обереги разные для всех случаев жизни.

Любознательность же исследователя заставила её покопаться в истории «мезузы».

ХРАНИТЕЛЬ ВЫХОДА И ВХОДА Мезуза - знак, отличающий с внешней стороны «еврейский дом» от любых других домов.
Религиозные люди при входе в помещение неукоснительно отмечают мезузу почтительным касанием; люди светские видят в ней символического «хранителя дома».

Но и первые, и вторые признают за мезузой особые свойства древнего оберега, который защищает тех, кто находится внутри от опасностей, угрожающих снаружи.
История специальной метки отсылает ко времени их исхода из Египта.
Фараон долгое время оставляет сынов Израилевых в безвыходном положении – не отпуская их из своих владений. Образно говоря, он запирает перед ними дверь – не давая евреям выйти, не позволяя совершить Исход. Но безысходность заканчивается с изменением статуса двери – запертая оберегом дверь еврейского дома становится ключом, который отпирает для евреев дверь Египта. Не дожидаясь утра, фараон зовет Моисея и просит без всяких околичностей: «выйдите из среды народа моего». Другими словами, он снимает свой запрет на выход народа Израилева из Египта.
Что же подтолкнуло фараона к такому решению? Гибель всех первенцев в предшествующую полночь прошлась по земле Египетской, не заглянула лишь в дома евреев.
Порешили люди, что спасло еврейских первенцев то, что перекладины и косяки дверей были помечены кровью жертвенного агнца.
Так и появилась мезуза, напоминающая о двойственности и особой важности любого перехода через условные ворота и двери. А в реальности любые ворота, входы, калитки, отделяющие один мир от другого, стараются закрыть оберегами. У каждого народа свой оберег.
Отсюда и множество обережных традиций у разных народов, связанных с родильными, свадебными, похоронными обрядами. Хоть и берут они своё начало в далёком язычестве, но и христианство переняло эту традицию. Перед входом в дом вешается икона Покрова Богородицы…

Спали Аннушка с мужем, под защитой мезузы, семь, отпущенных им Израильских ночей спокойно. Как впрочем, и все предшествующие и последующие ночи в своей Московской квартире под присмотром Покрова Богородицы и вязанного разноцветьем ниток «Божьего Ока», да и Подкова над дверью строго настрого бережёт их покой…

Рось. Москва 10.03.2013 г.

Решение родилось спонтанно.
Анна учуяла своей невероятно чувствительной «чуйкой», как она называла свою интуицию, что вот-вот грянет развязка. И она грянула.
Муж с треском хлопнул заявление об увольнении.
Сорок пять лет от звонка до звонка через лагерные порядки «ящиков» и хамство молодых, да ранних постперестроечных «менеджеров».

Новый жизненный этап надо начинать со смены впечатлений! Да здравствует свобода! И тут же организовалась кучка поводов, включая приближающиеся дату свадьбы и восьмое марта…
- Едем!
- Куда?
- А пузико погреть!
- Дорого!
- Да, ладно! Наступило время проживать заработанное! Когда ещё? Сколько ещё отпущено?

Сказано – сделано. Путёвку подобрали быстро, собрались тоже быстро, взяв на двоих маленький чемодан.

Израильский аэродромчик OVDA примостился посреди пустыни небольшим одноэтажным «сарайчиком», как показалось на первый взгляд.
Позже внутри обнаружился даже «дьюти фри». А неказистость аэродрома объяснялась просто – военный. Туда приземляются только самолёты из двух городов – Москвы и Санкт-Петербурга.
Как потом выяснилось, это очень облегчило тяготы праздных туристов при прохождении таможенных заслонок, в отличие от Тель-Авива.

Площадка перед аэродромом неожиданно активно суетилась русскоязычными таксистами.
Чувствовался какой-то негласный договор в том, как они разбили пассажиров на кучки и поделили территорию обхаживания.

Поначалу было непонятно, то ли это гид, то ли таксист…Обилие слов и вроде бы ненавязчивых предложений всезнающего местного, от которых закружилась голова:
- Вам позвонить в Москву? Вот мой телефон, пожалуйста… Ах, автобус не скоро придёт, и будет здесь ждать ещё два часа следующего рейса… Да, я вас умоляю! Самолёт может задержаться! Вы так устали… Экскурсии на автобусах – это ж, мама дорогая. Вас надуют! Слушайте сюда… Израиль надо смотреть на машине… Получайте удовольствие… Вы так устали…Там так холодно, здесь так жарко…Экскурсоводы ничего не знают… Я всё знаю… уже двадцать лет вожу людей… Вот моя визиточка… Меня зовут Игорь…По любому вопросу… Всё для вас, дама…
- А сколько будет стоить дорога до Мёртвого моря?
- Да, что вы, дама, совсем дёшево, копейки, всего двести долларов!
- Автобус уже подъезжает, - сообщил кто-то из бывалых пассажиров, многозначительно сверкнув косым взглядом на Игоря, мол «плавали… знаем…»
- Это совсем не значит, что он таки вас повезёт, – теряя надежду, попытался спасти положение таксист.

Автобус летел по пустыне, а головы пассажиров вертелись во все стороны.
- Ах, смотрите, смотрите, это, наверно, пальмовая роща?
- Ананасовая!
- Ах, нет, ананасы не растут на пальмах! Это трава!
- Растут, я видел мультик…
- Это кокосы на пальмах! Их хрен молотком разбить! Пилой надо!
- Это бананы! Такие маленькие приторные…

Посыпалось бурное обсуждение. Какие бананы нам поставляют: те, что кормовые, не настоящие… И как их надо доводить «до ума», пряча в тёмный шкаф… Ах, нет, надо яблоки рядом положить… А чёрные бананы можно есть?.. Они пьяные уже…Ешьте, когда выпить нечего, ха-ха-ха… А бананы, говорят, можно жарить, варить, запекать… А ещё в них есть серотонин, что настроение повышает… и вес, хи-хи…

Накопив очередную порцию обделённости русских настоящими бананами, автобус грустно помолчал какое-то время…

- Да, нет же, Это финиковые…
- Сейчас не сезон…
- Жаль …
- И финики тут не такие, как нам завозят…, - довеском обиды кинул кто-то с заднего сидения…

Однообразный пейзаж равнинной пустыни периодически оживлялся километровыми теплицами.
- А где же тут вода?
- Дождевая вода. Собирают каждую капельку, а чтобы не испарялась, заливают озерки маслом…
- Ма-а-аслом…???

На время воцарялась тишина, для переваривания этого открытия.
- А ещё используют конденсат…
- И точечное орошение придумали евреи…

С точечным орошением Анна с мужем были уже знакомы по Эмиратам. Их тогда здорово поразило это открытие. Достаток эмиратцев оценивали не по вилле, а по количеству, искусственно посаженных, пальм рядом с домом. Уход за одним деревцем обходился в пятьдесят долларов в день! Сумасшедшие деньги!
- А ты цветы на окошке забываешь полить…

За окном мелькнули солдатики на привале. Брошенные коробки казарм, и несколько танков на горизонте…
- Граница рядом, - пояснил гид.
Больше ничего не напоминало о сложной политической обстановке в стране.

Шоссе было в отличном состоянии, полосы отделялись квадратиками, которые в темноте светились. Светились и столбики вдоль дороги. На электропроводах болтались какие-то непонятные красные шары. И это последнее долго ещё занимало умы наших путешественников: «для чего?»

Вдруг автобус грохнул смехом:
- О! Где не ступала только нога русского человека! Это ж надо же, как «поднимает» любовь!
На самом верху отвесной каменисто-песочной горы красовалось: «Рита! Я тебя люблю!»
Последующий путь умы были заняты рассуждениями, как Ромео туда забрался и как оттуда летел?!

Через два часа показалось оно – знаменитое Мёртвое море! На море это озеро мало было похоже. До границы с Иорданом было рукой подать. Пешком пройти чрез многочисленные песочные дорожки, пересекающие озеро поперёк. Тянулись соледобываюшие заводы и горы серой, бежевой и белой соли.

На въезде в зону отелей, на обочине из металлических полос красовались огромные бабочки, кузнечики и прочая насекомая живность. Анна подумала, что другие дизайнерские изыски были бы здесь и не уместны. Огромные насекомые были чем-то сродни существам из ужастиков-фентези.

Курортная зона являла собой необычайное зрелище.
С фоном внушительных, потрясающе красивых песчаных гор, контрастировали белоснежные современные здания. Круглая стеклянная башня смотрелась фантастически на фоне песчаных вершин. Ощущение, что попали в инопланетный город. Марсианский пейзаж.

Ощущение не земного пейзажа не покидало и позже. Горная пустыня – готовые потрясающие своей красотой декорации для фантастических фильмов. Анна никогда не думала, что песок может иметь столько оттенков: от фисташкового, через все оттенки бежевого, коричневого, через розовый к багровому… Пещеры, расщелины, вероятно, когда-то высохших речных русел, песчаные столбы, напоминающие скульптуры…

Говорят, бесконечно можно смотреть на огонь, воду и работающего человека. Анна поняла, что можно бесконечно смотреть и на горную пустыню…

Рось Москва 07.03.2013 г.

Пока затишье  с поиском по моей Рязанской Липатовской ветке, вновь занялась сложнейшей веткой Уфимской.
Залезла на форум ВГД (Всероссийского Генеалогического древа) и штудирую материалы по духовенству. Фамилия-то "Покровские" - явно семинарская. Ищу прадеда Дормидота или Дмитрия. Дормидонта нашла только одного, но пока упоминаются у него только 2 сына,и то не с теми именами, что нужны мне.
Читаю документы семинарские, списки и всякие жалобы и прошения церковные. Вот тут нахохоталась от души, повеяло чем-то от Чеховской "Жалобной книги": "Докладаю сией жалобою на дьякона Серафима,коий отказался жениться на моей дочери..." , "...на попа Феодора, что тайно  умыкнул жену Агрофену у псаломщика Тихона и сбёг с ею...", "...Поп Сергий ходил за животворящим крестом пьяный и творил крестный ход в оном виде перед прихожанами...", "... дьячок Димитрий и псаломщик Симеон украли из погребов купца Меркушина 5 бутылок вина пьяного..." ))))
Вот просто бери и пиши новую "Жалобную книгу" в продолжение Чеховской  
И тут же страшные, трагические, героические жизни других священников. Нахожу и одного своего дальнего родственника - священника в Уральском селе. Церковь разрушили, многодетный священник поселился в землянке на околице. Одна коза на 11 человек и кляуза: "Докладываю, что  поп Семён - враг Советской власти. Его коза потравила колхозные поля..." (интересно, что ж за коза такая была, что все поля потравила?). Семёна посадили в лагерь в Архангельске, где он заболел и умер. Реабилитирован в последствии. А семья сгинула. Кто помер с голоду, кто ушёл по людям с протянутой рукой...
Вообще, очень развивает поиск родословной. Перечитала массу интересных статей и о духовенстве об истории крепостничества, о  системе образования в России и даже документы Колчака.
Это оказалось интереснее романов причёсанных. Жизнь во всей своей красе и неприглядности встаёт, как будто своими глазами видела.

Дядя Вася

К 116-летию со Дня Рождения выдающегося русско-советского композитора и исполнителя Василия Николаевича Липатова (8.02.1897-17.02.1965)

«Если бы молодость знала, если бы старость могла…» - не устаю твердить я  младшему поколению. Как дорого сейчас заплатила бы, чтобы хоть пол часика поговорить с теми, кого уже с нами нет. Сколько вопросов задала бы им, и сколько «белых пятен»  родовой памяти смогла бы раскрасить ярким цветом…

Молодые пока не интересуются, не спрашивают, а я записываю каждую мелочь – повзрослеют, и, может быть, вспомнят мои каракули добрым словом.

Всё началось с дяди Васи.

Он мне вовсе никакой не дядя. Но так его называла мама. Ей-то он точно приходился дядей – как никак, брат её мамы – моей бабушки Клавы. А, значит, я – его внучатая племянница.

Дядя Вася – это гордость и достопримечательность нашего рода.

Ну, как же!  «…Ты жива ещё моя старушка? Жив и я…Привет тебе привет!»,  «Клён ты мой опавший. Клён  заиндевелый…»  Поют до сих пор и не всегда знают подозревают, что это музыка НАШЕГО дяди Васи!

Соловей земли Рязанской, друг Сергея Есенина, любимый ученик А.Глазунова…

Дядя Вася – Василий Николаевич Липатов - талантливый композитор-песенник.

Так мало сказано о нём в энциклопедиях. И так много рассказов о нём в нашем доме.

Когда в роду появляется исключительный по своим талантам или заслугам человек, то его, поднимая «на пьедестал исключительности», как бы  выдвигают за рамки семьи, окружая особым ореолом человека, у которого вроде бы и не было обычной жизни.

А человек  радовался, мучился, страдал, искал, очаровывался и разочаровывался…

В общем, жил!

Вот и решила написать рассказ о нашем «исключительном» Василии Николаевиче Липатове-композиторе, как о простом, несомненно, очень одарённом человеке, но со своими слабостями и радостями – о НАШЕМ дяде Васе…  

Я встречалась с дядей Васей в Ленинграде два раза - в ноябре  1961 года, и летом 1962 г., когда  была ещё юным созданием и «грызла гранит»  музыкального искусства.

Комнатка в коммуналке на Гороховой. Куча  нотных листов, старенькое фортепиано и портрет А. Глазунова на стене с его  тёплыми словами к своему ученику. Точно надпись уже не помню.

Когда-то А.К. Глазунов писал о романсе своего ученика «Письмо матери»: «Я бы подписался под этой мелодией! Это — русская «Ave Maria». Вот так надо писать»!..

Дядя Вася очень  волновался – приехала с Севера внучка - Алёнушка!
Его постаревшие длинные пальцы  уже  потеряли точность, но всё ещё летали по клавиатуре с невероятной скоростью. Нос смущённо и недовольно фыркал, если цеплялись соседние клавиши.  Я понимала, что  даже сейчас это руки виртуоза. Увы, мои молодые руки  начинающего музыканта предпочитали  Largo. Музыканта на всю жизнь из меня так и не получилось, но традиция рода Липатовых – все играют на музыкальных инструментах – не была прервана.
- Родня, родня! – смеялись родственники, наблюдая за нашей игрой в четыре руки.
- Вздыхаете синхронно, подстанываете и закатываете глаза один в один - дед и внучка.
Я и дядя Вася растворялись  в  эмоциональном родстве.

Глажу ноты, подписанные для меня в тот день рукой дяди Васи…
Через несколько лет его не стало… Это были  всего две наши встречи.

Мама  рассказывала,  вздыхая, что дядя Вася был, прежде всего, потрясающим симфонистом, а потом уже песенником.  Ему просто запрещали писать то, что хотелось. Хотя этого почти никто не знает. «Угрюм-река» была порвана ещё до того как увидела свет. И сколько ещё потрясающей музыки утонуло, исчезло в отчаянном порыве не понятого, не принимаемого тем «НЕ ЕГО»  временем, где не было места «Тишине» полей. Послевоенная разруха  требовала маршей энтузиастов, прославления электростанциям и тракторам…
А мой музыкальный путь начинался с дяди Васи  - стоя в детской кроватке и, раскачиваясь в такт музыке и шипению патефонной иголки,  я тоненько  душевно выводила  свою первую песню: «Ти-си-на-а-а   пи-ле-е-ей…. Ти-си-на-а-а пи-лей…»

Е.Н. Савина  01.2013 г. Москва

****

На фотографии В.Н. Липатов со своей племянницей Покровской (ур.Самолётовой) Лидией Ивановной, Ленинград 1961 г. (семейный архив Савиной Е.Н.)

02.02.2013 г. в Рязанской газете "Благовест" статья "Музыка нашего дяди Васи", к дню 116 летия В.Н. Липатова.
  
  Данные обо мне и членов нашего рода размещены мною на сайте добровольно для восстановления истории семьи.

И ещё немного о религиозных чувствах:
С сайта http://www.inpearls.ru/ :

Hедавно в моей школе был такой случай. Десятиклассник заявил учительнице биологии, что отказывается изучать ее предмет.

- Почему? — удивилась учительница.

Ну, вот! 38 день этапа Чередования белковый. И 42 день диеты вообще. Итоги в сравнении:

03.09.12 г. 14.10.12 г.
Вес - 90 кг 82,8 кг Итого сброс: - 7,2 кг
ОГ1 - 124 см 121 см - 3 см
ОГ2 - 107 см 103 см - 4 см
От - 114 см 105 см - 9 см
ОБ - 123 117 см - 6 см
Об. шеи - 40 38 см - 2 см
Об. Руки (на ур. подмышки)- 33 см 30 см - 3 см
Об кисти - 16,5 см 16 см - 0,5 см
Об. Ноги бедро - 62 см 59 см - 3 см

Сахар 4 недели в норме (от 5,2 до 5,9), только 2 дня было 6,2,
Одышка и пыхтение при каждом движении исчезли
Кожа не висит.